В сердце поэт, служитель муз, Хранит много лет слов тяжкий груз. Вены пронзил острым пером Пишет стихи Он ни о ком.
Я подустал от сверхлюдей,
Пришел на горжелдорвокзал,
Все в туалете вскипятил
И сам себе "0'кей" сказал.
Мне наплевать на торжество
Любви и братства напоказ.
Пусть бьет слепое божество
Железной палкой в медный таз.
А я усталым был и злым
И, закатав себе рукав,
Я в собственную плоть металл
Повел, как машинист состав.
И я повис вниз головой
Среди пленительных картин,
И вдруг увидел нас с тобой,
А после снова был один.
Я эйфорию и наркоз
Одновременно испытал.
Уткнувшись головою в пол,
На унитазе засыпал.
И кто-то в дверь мою стучал,
Когда над телом я повис,
И слезы лил,и хохотал,
И не хотел спускаться вниз.
И в тот момент, когда я был
Един ,но в измереньях двух,
Спираль сверкнула, треснул мир,
И мне явился некий дух.
И он все знал, и всех любил,
И это было как экстаз,
Сильнее всех известных сил,
Сильней оргазма в тыщу раз.
Я побывал в раю, в аду,
Застыв, как эмбрион, в углу,
Дрожал и трясся весь в поту
На белом кафельном полу.
И я вернулся. Подобрал Свою аптеку.
Встал. Вздохнул.
Кому спасибо говорить,
Что мог воткнуть, но не воткнул?
Александр Дельфин, журнал "мОЗг"
Пришел на горжелдорвокзал,
Все в туалете вскипятил
И сам себе "0'кей" сказал.
Мне наплевать на торжество
Любви и братства напоказ.
Пусть бьет слепое божество
Железной палкой в медный таз.
А я усталым был и злым
И, закатав себе рукав,
Я в собственную плоть металл
Повел, как машинист состав.
И я повис вниз головой
Среди пленительных картин,
И вдруг увидел нас с тобой,
А после снова был один.
Я эйфорию и наркоз
Одновременно испытал.
Уткнувшись головою в пол,
На унитазе засыпал.
И кто-то в дверь мою стучал,
Когда над телом я повис,
И слезы лил,и хохотал,
И не хотел спускаться вниз.
И в тот момент, когда я был
Един ,но в измереньях двух,
Спираль сверкнула, треснул мир,
И мне явился некий дух.
И он все знал, и всех любил,
И это было как экстаз,
Сильнее всех известных сил,
Сильней оргазма в тыщу раз.
Я побывал в раю, в аду,
Застыв, как эмбрион, в углу,
Дрожал и трясся весь в поту
На белом кафельном полу.
И я вернулся. Подобрал Свою аптеку.
Встал. Вздохнул.
Кому спасибо говорить,
Что мог воткнуть, но не воткнул?
Александр Дельфин, журнал "мОЗг"